ИЗВЕСТИЯ
Тактика, которую применил российский танкист, едва не оказавшийся в плену, уже прославила его на всю бригаду. Он был в шаге от гибели: в него стреляли в упор. Как выжил, а главное, каким образом при этом еще и привел в свое расположение пленного, боец сам рассказал корреспонденту "Известий" Валентину Трушнину.
По этой истории можно было бы снять блокбастер. Завязка сюжета – экипаж танка 5-й Тацинской гвардейской бригады 36-й армии группировки "Восток" выезжает бить прямой наводкой по противнику, подрывается на мине, экипаж пешком пытается выбраться к своим.
"Нас стали "птички" БПЛА гонять со сбросами и просто разведчики. Давно еще между экипажем оговаривали эти моменты: ну, допустим нас подорвали, мы эвакуируемся - как мы будем уходить? И мы давно для себя решили, что лучший вариант, если мы будем поодиночке уходить, чтобы одной "птичкой" нас не положили", - рассказывает Максим Григорьев, механик-водитель 5-й гвардейской отдельной Тацинской бригады группировки "Восток".
Механик-водитель Максим Григорьев, спасаясь от дронов, ищет укрытие и попадает в плен.
"Увидел разрушенное здание и решил там спрятаться. И получается, что этот наблюдатель там сидел в руинах, у него лежка была, он там сидел. И я вышел прямо на него. И я-то не готов был, а он слышал меня, ждал. И поэтому я у него оказался под прицелом. Он вышел на свое командование по радиосвязи и доложил, что взял пленного, на что ему сказали - "решай вопрос сам". Он сам удивился - "как я буду вопрос решать?" Ему сказали – "короче, мозги не компостируй, решай вопрос сам", - вспоминает Григорьев.
Боец ВСУ, взявший в плен нашего танкиста, пытается смягчить формулировку. Мол, ему не приказывали расстрелять пленного и даже разрешили отпустить. Представить такое в современных реалиях невозможно.
"Мне по рации сказали – делай, что хочешь. Я говорю - понял, и говорю ему - иди к своим. Я думаю - возьму припугну его, возле ног сбоку стрельну, он испугается и побежит. Затвор передернул – у меня осечка. Передернул второй раз – осечка", - рассказал младший сержант ВСУ.
Наш танкист слышал переговоры и сразу все понял.
"Я так прикинул, что он не хочет в меня здесь (выстрелить - прим. ред.), чтобы потом меня не тащить, не оттаскивать, и когда уже мимо проходил, глянул ему в глаза, прямо прочитал во взгляде, что он меня сейчас просто обнулит, я отойду подальше и он меня стрельнет. И когда он затворную раму передергивать, у него заклинил автомат. Он раз дернул, два, три. Когда третий раз дернул, у меня уже мысль в голове – я-то чего жду стою? Подхватил кусок бетона с земли, кинул ему в лицо и пока он уворачивался, там метров шесть было, за счет этого сблизился с ним и сцепился врукопашную. Понял, что дядечка сильный, я его навряд ли одолею. И я уже ему пальцем в глаз, он отвернулся, сбил с него шлем и вот кирпич лежал под рукой, схватил и ударил по затылку", - вспоминает он.
Одержав победу в рукопашной схватке, Максим Григорьев вырвался из плена и сам пленил своего недавнего конвоира.
"Он говорит - "что ты меня к своим поведешь?". Я говорю - "Да, поведу". Он говорит - "говорят, ваши в плену избивают нас". Я говорю - "Никто тебя не будет трогать. Я лично тебе обещаю, что тебя никто не тронет". Ну и так вот сопровождал, он впереди шел метрах в трех-четырех от меня, я сзади потихоньку сопровождал. Периодически "птички" подлетали, прятались, в лесополку заходили. Где-то порядка четырех часов шли", - отметил он.
Мехвод сдержал обещание – в плену Николая Москаленко никто пальцем не тронул. Теперь он просит политического убежища и умоляет не включать его в списки на обмен. Ну а наш танкист представлен к государственной награде.
Свежие комментарии